Mercedes A-class W169
Мерседес А Класс

Конечно, ему вслед уже так не крутят головами, как было с первым «Беби-«Мерседесом». И уж тем более не показывают пальцем, глупо хихикая, будто встретили зайца с рогами от козла. Но все же новый А-сlass, производящийся уже второй год, привлекает очевидное внимание большинства попутчиков по движению.

Им нельзя не залюбоваться. Легкие, чистые, современные формы, арки, плотно «сидящие» на колесах, и отсутствие «форточек» в стеклах дверей (а в 1-м А были!). И никто не скажет, что трехлучевая эмблема попала на решетку этого автомобиля случайно. Здесь в каждой детали чувствуется вполне определенная фамильная принадлежность. А в салоне – и подавно. Причем совсем не скажешь, что сидишь в «маленьком» «Мерседесе». Внутренние размеры близки к Е-классу (по высоте даже больше). Но это как раз не новость – при вагонной компоновке «внутри больше, чем снаружи», скорее, норма. А вот поведение на дороге – новость.

Один из главных автомобильных скандалов 90-х годов ушедшего века – переворачивание только появившегося А-класса при прохождении «лосиного теста», резкой переставки. И максимальные усилия конструкторов при создании второго поколения были направлены на повышение устойчивости автомобиля. Чисто физически это возможно сделать за счет расширения колеи и понижения центра тяжести. Что и было исполнено: двухслойный, сэндвичный пол, призванный принимать на себя энергию как фронтального, так и бокового удара, вобрал львиную долю «железа». Но еще большую устойчивость обеспечило зажатие подвески. Пружины с прогрессивной жесткостью и амортизаторы с переменной (в зависимости от скорости) упругостью призваны удерживать колеса в постоянном контакте с дорогой. Реально так и происходит: попытки разгрузить (вплоть до вывешивания) хоть одно из колес не увенчались успехом – даже в крутом повороте. А200 проходит виражи, будто «прилипая» к трассе. Есть и обратная сторона медали: машина с короткоходной подвеской не любит ухабы. Но при этом – пробоев нет, а мелкие стыки отнюдь не передаются на кузов. Естественно, рулится «ашка» очень точно – до филигранности. А учитывая близкое расположение водителя к передней кромке машины и неплохой угол поворота передних колес, активное маневрирование в плотном потоке – родная стихия мелкого «Мерседеса». Хоть пролезанию в щели не слишком способствует немалая ширина машины, зато встраиваться в очень короткие интервалы на парковке более чем элементарно. Зачастую даже не верится, что в столь короткий промежуток удается запарковаться с одного-двух раз.

Резкий старт столь миниатюрного автомобиля со светофора поначалу обескураживает водителей по соседству, и в первые же секунды все мощные джипы оказываются сбившимися в кучку далеко позади. Двухлитровый Mercedes с весом чуть больше тонны, снабженный вариатором autotronic, срывается с места, как ужаленный, и довольно долго поддерживает живой темп разгона. Но проходит некоторое время, и дальнейшее ускорение становится небезопасным и бессмысленным с точки зрения маячащего вдалеке забитого машинами перекрестка. Тут, как правило, подлетает некая темная массивная машина и начинает откровенно теснить куда-то в сторону. Сложно понять, что у этих людей в голове (которая, всем известно – кость), но полный набор психологических комплексов налицо. Они, конечно, не сознаются в этом, но им по-первобытному обидно, что проиграли в схватке не себе подобному, а существу из другого, цивилизованного мира. Мой А200 и дальше проходит сквозь поток без противодействия – важен эффект неожиданности – соседи просто не успевают «затянуть прореху». А вот недруг, только что коршуном бросавшийся на мой маленький экипаж, оказывается отсечен теми бдительными гражданами, которые прозевали мой рывок.

Что раздражает в «ашке»? Только давайте не будем поминать единый подрулевой переключатель – а то «Мерседесу» и так икается. А вот о том, что система стабилизации включена намертво, по зимней погодке я пожалел неоднократно. Пытаешься выехать из небольшого сугробчика по принципу вперед-назад, и долго ничего не получается – обороты двигателя «удушаются» и машина лишь безвольно подергивается на месте. Зато стояночный тормоз здесь ручной, а не пресловутый «ножник», как у всей штутгартской родни. Это немало помогает переднеприводному автомобилю при развороте на месте с заблокированными задними колесами.

Для меня существует много градаций в комплексной оценке тестируемого предмета. Наивысшая ступень – «купил бы для себя». Под нее попадает процентов пять-семь всех машин. Так вот, А200 без преувеличения вызвал у меня желание обладать им. Всем врагам назло.

© Автомобили
Апрель 2006 год